Мясная колокольня, жди меня

Была я в шуях нонче. Колокольню и правда ободрали до красных кирпичей, выглядит как мясо с белыми прожилками. Не идёт ей такой вид, но что поделать, ремонт. Это ладно. Сейчас удивительный и редчайший вид за городом: ранневесенние деревья, чуть розоватые и зеленоватые, и осенние поля. Обычно же как происходит: деревья наливаются соком, кругом — снег с проплешинами. Потом проплешины увеличиваются, начинают зеленеть, деревья тоже, чуть-чуть. Такого, чтобы снега не было уже при этом состоянии деревьев, не припомню. Да ещё сегодня тучи-облака странные, сверху ярко-белые, снизу тёмные, выглядят горами на горизонте. Ехала как по другой планете, или хотя бы по другому району. Никак не средняя полоса России чот.

Но это тоже ладно, вступление. Я тут по вечерам читаю книги. Сейчас текущая у меня Умберто Эко, «Таинственное пламя царицы Лоаны». Лежу я значит, читаю. И аж подпрыгиваю. Цитирую:

+++
Вечер кончается, с ним и передачи под разнообразные гимны славы и марши побед. Но выключать сразу не следует. Мама знает, что не надо выключать. После того как составилось полное впечатление, будто радиопередачи стихали до следующего утра, раздается грустный и сердечный голос и призывно поет:

Tornerai
da me
perché in cielo sta scritto che
tornerai.
Tornerai,
tu lo sai
ch’io son forte cosí, perché
credo in te.

Буду ждать,
и ты вернись.
Знаем мы с тобой —
мне судилось
верно ждать,
а тебе лишь надо знать:
я умею ожидать,
как никто другой.

Я потом, помнится, прослушал ту же самую песню с пластинки в Соларе, но она была ординарным любовным романсом и звучала примерно так: — А тебе лишь надо знать: Я умею обнимать, Друг мой дорогой. Следовательно, то, что я слышал по вечерам, было военной переделкой, рассчитанной на то, чтобы отзываться особой надеждой в солдатских сердцах. Это было особым обещанием каждому, что его дождутся, так думали и те, кто, может быть, именно в эту минуту замерзал в лютой степи или стоял перед расстрельной ротой. Кто пускал в эфир эту пластинку темными вечерами? Ностальгирующий сотрудник радио? Перед тем как замкнуть рубку на ключ и уйти домой? Или кто-то из начальства отдавал такой приказ? Это нам было неизвестно. Но именно этот обволакивающий теплый голос прощался с нами перед отходом ко сну.
+++

Стала искать, думаю, узнаю, что за песня, какой год и т. д. Ничего не нашла. Но зато нашла про «Жди меня» Симонова, в википедии:

+++
Известны факты о нахождении у убитых и пленных гитлеровских солдат самодельных рукописных переводов этого стихотворения на немецкий язык. В 1943 году перевод стихотворения на иврит А. Шлёнским был положен на музыку Соломоном Дойчером, также известным как Шломо Дрори. Получившаяся песня популярна в Израиле до сих пор.
+++

Вот какие пересечения бывают.

Увы и ах

Погода всю пятницу смотрела на меня из окна и обещала дождь. И вот я вышла. А там — площадь Пушкина, и народы, народы. Флагов — тьма. Трибуна. Несколько полицейских машин для сбора людей (не знаю, как называются), скорая помощь. Лозунги:

1. Мы и украинцы — братья. Мы поддерживаем наш славянский Крым.
2. Мы против фашизма, который развёлся в Крыму.
3. Мы православные, мы за Ленина (да, примерно так и звучало).
4. Мы помним СССР, всё было здорово.
5. Мы поддерживаем решение нашего президента ввести войска.

Затем была песня про надежду, мой компас земной.

А я шла и думала, что если отбросить все лозунги, то остаётся голое это: они за то, чтобы незнакомые им люди взяли оружие и шли на других незнакомых им людей, чтобы этот Крым, который они ностальгически считают своим, стал российским сообразно их идеям. В общем, это всё. Правда, потом я видела в соцсетях заявления этих же людей типа «мы за мирное решение», но ведь это мечты-с. Идеи-то осуществить охота. Ну, а если кого-то убьют, то извини, милая, так получилось (с). Мы же просто мирно хотели Крым.

Короче, мне было не по себе. А потом пошёл дождь.

Фотки про Бальмонта

вот тут писала про Бальмонта, обещала фотки дома, где он жил совсем мелким. Не прошло и эээ… четырёх лет, и я их выкладываю.

Хозяин квартиры на втором этаже — историк, который сам не шуянин (вроде бы), но Шую любит. Окна выходят во двор дома, на Тезу. Другая верхняя половина дома занята кем-то другим, также имеются обитатели первого этажа. Дети, сердитые дамы с тазами, пьющие мужья. И только наш историк живёт в гордом одиночестве, носит воду из родника, заваривает волшебные чаи, топит камин.

Вот сам дом, к нему прилагается полудохлая, но историческая сосна. Мы её в художке даже рисовали, сосна Бальмонта типа:
01

Вот подтверждение присутствия Бальмонта, куды ж без него:
02

Кривая лестница в кривой деревянной пристройке, по которой поднимаемся на второй этаж:
03

Коридор, места общего пользования. Рядом вход в другую квартиру, на первом этаже, хотя мы уже прошли два лестничных пролёта. Или один, не помню. Видимо, так получается потому, что в доме есть полуподвальное помещение.
04

05

А вот модная лестница на второй этаж, она уже принадлежит нашему хозяину:
06

Это одна часть первой комнаты, виден камин и всякие старые хренюшечки. Хозяин их любит и собирает:
07

Это другая половина комнаты, выход на пройденную лестницу, там же проход во вторую комнату. Можно разглядеть хозяина квартиры:
08

Виды из окон второго этажа.

09

10

11

12

Вторая комната, бывшая детская, ныне просто спальня:

13

Спускаюсь вниз, помахав хозяину ручкой:
14

Двор:
15

Улица Садовая, где стоит дом:
16

Это бы май месяц:
17

Конец.

Чековая книга

Что-то стало мне страшно некогда опять. Зато у меня 1 сентября окончился сбор урожая кассовых чеков и других денежных и околоденежных документов: билетиков, квитанций, гарантийных талонов и т. п. Целый год, с 1 сентября 2012, я собирала эти бумажки и подклеивала в книгу. Толстую такую книгу, весьма толстую книгу. Бумагу для неё мне давали в хозяйственном магазе, её там держат для упаковки гвоздей, лопат и труб. Серую, шершавую. Страшная, в общем, вышла книга. Я её прошью, переплету, подпишу «Чековая книга сентябрь 2012 — август 2013» и завещаю потомкам, а то будут думать-гадать потом, как там жили люди в начале двадцатого с материальным деньгами и дурацкой привычкой печатать отчёты по каждой покупке на ценной бумаге. А тут типа твёрдая копия.