Валенки

Родители мне давным-давно подарили валенки. Не белые, не чёрные, а серые в рыжину. Но они были испорчены: пришит отворот из поддельного меха, и на обоих валенках сбоку присобачены бисерные снежинки. За эти много прошедших лет (штук пять) валенки использовались, в основном, для показательной битвы с собакой Кренделем. То, что присобачено, всегда можно отсобачить. И к нонешнему сезону снежинкам пришёл конец, а остатки поддельного меха я отпорола. Поэтому сегодня я хожу по морозной улице в валенках. И более в валенках не ходит никто. Даже старенькие бабули идут в сапогах. А валенки — это же здорово. Приходишь в них к кому-нибудь в гости, и там говорят: А! Валенки! Да не разувайся. И я не разуваюсь. Зато вспомнила, как валенки от снега правильно веником или перчатками чистить. А то старинное искусство оббивания снега могло быть утеряно.

Завтра на работу иду тоже в валенках, и буду в них ходить до конца морозов. А потом найду к ним галоши (говорят, продают где-то), и буду так гулять до весны. И пущай все ходют в сапогах и мне завидуют.

Зима прошла в безделье

Зима прошла в безделье.
Весна — и надо биться
Зелёной первой строчкой
в холодный белый фон.
Тетрадка похудела
на письма разным лицам,
но ручка зубы точит
на рифмы разных форм.
Пишу я против воли,
потом порву без боли.
*

Сырая тёплая погода,
в столбах скривились провода.
Вверху обвисшая вода
едва напоминает воду.
Но вот: вот-вот. И полилось.
Сперва неслышно. Капля. Капли.
Так! — скажут, — так!
А лужа: так ли?
И снова: так! в ответ вопросу.

Песок и лёд. Нажали тормоз,
и всё по-зимнему глядит,
но дамы жёлтые мимозы
укореняют на груди,
смещая центр с лица пониже,
свою природу украшая.
Их кавалеры ходят ближе,
им шубы больше не мешают,
и это лучше солнца мне
напоминает о весне.
*

Зима прошла, весна уже.
Моднеют м, живеют ж.
Пускай беседа простовата
(дожди, вожди, в подъезде, в мире),
поход с е-два на е-четыре,
но с целью дотянуть до мата.
(мы все про воду, день к обеду,
а у меня и чай, и к чаю…)
Мне хорошо, я мимо еду
и за весну не отвечаю.
*

Не то что зимнему распаду,
весне наметился финал.
Тёмно-зелёная рассада
прёт из трамвайного окна.